sumy_grad (sumy_grad) wrote,
sumy_grad
sumy_grad

6. Звёзды над Эверестом. Последний бросок. Вспоминает Эдуард Мысловский



Вечереет. Начинает идти пушистый снег. Где-нибудь в Подмосковье радовался бы такому снегу, а здесь проклинаю. Скалы становятся скользкими. Уверенность в движениях пропадает. Прежде чем поставить ногу, нужно очистить зацепку, руки начинают мерзнуть, снег залепляет очки.

Начинает темнеть. Володя ушел за перегиб стены. Давит усталость и одиночество. ...Уже в полной темноте добираюсь до палатки. [Никогда не понимал, почему альпинисты, находящиеся в одной как бы миникоманде, часто не находятся вблизи друг друга, чтобы в случае ЧП оказать помощь и вообще ради моральной поддержки. - СГ].

Сегодня 1 Мая. Поздравляем друг друга, принимаем поздравления из базового лагеря и отправляемся работать.

Впереди - трудный вертикальный участок стены с очень маленькими зацепками. …В спешке не отрегулировал длину репшнура. …После второго шага меня маятником отбросило на гладкий участок стены.…Все это произошло быстро, ноги потеряли опору, и я повис почти горизонтально, откидываемый рюкзаком. Тяжелый рюкзак оттягивал плечи, не давал отдышаться и собраться с силами. Дышать становилось все труднее. Я понял: кончился кислород. Еще немного - и можно потерять сознание. И тогда конец: останусь висеть на перильной веревке, пока не замерзну… Такая перспектива меня совсем не радовала.

Последняя надежда выбраться из создавшегося положения - это быстро освободиться от тяжелого рюкзака. Снял рукавицы, с трудом расстегнул ремень рюкзака. Руки стали коченеть от холода. Единственной мыслью было: "Быстрее! Могу не успеть!" Звать на помощь Володю бесполезно: на лице маска, да и он за перегибом стены. Кое-как сбросил рюкзак на согнутую в локте левую руку, пытаюсь правой пристегнуть его к веревке. Это мне никак не удается.

Задыхаясь под маской и рыча от бессилия, опустил вниз левую руку - и рюкзак, обрывая кислородный шланг, улетел вниз, унося с собой запасные рукавицы, фотоаппараты, веревки, карабины, кошки, кислород...


Снял маску, глубоко вздохнул, выбрался на полку и здесь заметил, что пальцы на руках побелели. Отогрел руки и, едва держась на ногах от напряжения и усталости, добрался до палатки IV лагеря. На пальцах рук образовались белые пузыри, некоторые из них лопнули, и с помощью Володи я залепил их пластырем. Ночью руки болят, но терпеть можно.

Утром Володя из чехла палатки соорудил для меня котомку, и, взяв все необходимое, мы пошли вверх обрабатывать путь дальше.

Впереди серьезное препятствие - скальная башня, которую решаем обойти слева. Забивая крючья и навешивая петли, Володя проходит под нависающий участок скалы. Остается уже совсем немного до верхнего края - и тут вырывается крюк. Володя соскальзывает вниз метра на три. Отдышался - и опять вверх, медленно, с удвоенной осторожностью. Наконец стена пройдена, и веревка надежно закреплена.

К нам подходит Сережа Бершов с кислородом. Мы радуемся встрече, расспрашиваем о делах внизу. Сережа проходит трудный участок, оставляет 3 кислородных баллона и спешит вниз. Ему нужно спуститься на ночевку в III лагерь. Отличный парень Сережа! Ведь он мог не подниматься сюда, а оставить кислород в палатке лагеря IV, как мы договаривались в базовом лагере.

Мы продолжаем медленно двигаться вверх… Прохожу по льду до ломких, буквально трухлявых скал. Еще проходим 2 веревки, сыплем друг на друга мелкие камни, к обоюдному неудовольствию. Видно, сказывается накопленная усталость и высота. Вот и гребень с подходящим местом для ночевки. Решаем дальше не подниматься. Оставляем остатки снаряжения и уходим вниз, в IV лагерь, ночевать.

Вечером по рации слушаем милые сердцу голоса родных и близких, пожелания удачи, музыку Грига - прокручивают записанные в Москве на пленку письма с Родины. Это был необыкновенный подарок для нас. У меня слезы наворачивались на глаза, когда я слушал любимые песни и романсы в исполнении самых дорогих мне людей - дочерей и жены.

Утром уходим ставить V лагерь. Прошли без кислорода навешенные вчера веревки. Проходим по гребню еще 40 м и принимаемся за трудную работу. Нужно вырубить в фирновом гребне площадку для палатки. Прохожу еще одну веревку вверх. Отсюда виден путь к вершине по западному гребню. До вершины еще довольно далеко, хотя по высоте не больше 350 м.

Забираемся в палатку. Поговорили с базовым лагерем. Нам пожелали счастливого пути и удачи. День был тяжелый. У меня не было сил и желания снимать ботинки, тем более что утром их нужно надевать, а это здесь не простая задача. Последняя ночевка перед вершиной. Холодно...

Напряжение последних дней и близость вершины не давали нам возможности уснуть. В полудреме прошла ночь.

Володя забыл спрятать ботинки в спальный мешок, и к утру они сильно задубели. Пришлось отогревать на примусе. Попили чаю и вышли вверх. Идем молча. Володя впереди, я иду вторым. Расход кислорода установили минимальный, чтобы дольше хватило. Время от времени останавливаемся, выбирая путь, и выходим наконец на западный гребень, ведущий к вершине Эвереста… Останавливаемся для связи с базовым лагерем. Настроение хорошее, его поднимает еще и вышедшее из-за горы солнце.

Я стоял перед выбором: увеличить подачу кислорода - облегчить себе жизнь и пойти быстрее, но тогда кислорода может не хватить на обратный путь, или уменьшить, поэкономить – а это значит резко сбросить темп движения. После стольких дней работы на высоте без отдыха сил с каждым часом и так становится все меньше и меньше. Увеличиваю подачу до 2 литров в минуту.

Продолжаем медленно двигаться к вершине. Впереди знаменитый пояс рыжих скал…
И вот 20-метровая стена - пожалуй, последнее препятствие на пути к вершине. Володя оставляет часть нашего железного снаряжения - выше оно нам не понадобится.

Мы шли и шли, а вершины все не было и не было. Снежный склон увалами поднимался вверх, кое-где перемежаясь разрушенными серыми скалами. Мы уже на уровне южной предвершины, - значит, вершина уже рядом.

И вот, наконец, долгожданный миг!

Володя стоит на вершине и достает кинокамеру.

Прохожу мимо него и опускаюсь на снег. Все! Дальше вверх пути нет!

Потом меня будут часто спрашивать, что я чувствовал в эту минуту.

Счастье? Вряд ли. Восторг? Нет. Облегчение? В какой-то мере да.
Усталость? Может быть. Не помню.

Просто было ощущение того, что задача выполнена и советские люди поднялись, наконец, и на этот полюс планеты. Это победа нашего спорта. Но, чтобы победа не была омрачена, нужно еще спуститься.

Оглядываюсь вокруг. Необыкновенный простор! Темно-синий купол неба, Гималаи со стайками белых кудрявых облаков, зеленовато-рыжая холмистая страна - Тибетское нагорье. Присматриваюсь к окружающим вершинам. Узнаю знакомые по фотографиям вершины. Макалу, Чо-Ойю, совсем рядом Лхоцзе...

Мы исполняем неписаный ритуал: фотографируем друг друга, снимаем панораму, Володя снимает на кинопленку все, что видит и что можно снять. Оставляем на вершине все, что принесли. Теперь надо идти вниз.

[Естественно, здесь всё описано гладко, литературно. Однако люди есть люди, и не исключены, с одной стороны, мягко говоря, неточности, а с другой стороны - злые языки в альпинистских кругах так и вообще ставят под сомнение факт пребывания Мысловского на вершине. Непонятно только, с какой целью они это делают... - СГ]



Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!
Tags: разное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments